понедельник, 26 июня 2017 г.

Н.А. Рубакин - ученый , энциклопедист, библиограф

В июле 2017 года исполняется 155 лет со дня рождения Николая Александровича Рубакина, русского книговеда, библиографа, популяризатора науки и писателя.
«Рубакин - великий энциклопедист или, лучше говоря, он сам уже является энциклопедией современной России» - так отзывался о Николае Александровиче Ромен Роллан в своём «Дневнике» в 1917 году.
Отдел координации деятельности библиотек области подготовил методические рекомендации к этому событию. Николай Александрович Рубакин (1862-1946) – просветитель, ученый, писатель, библиограф, выдающийся специа­лист в области читателеведения – человек, любивший книгу и веривший в ее непреоборимую и светлую мощь. Масштабы его деятельности не могут не поразить любого, кто прикоснулся к его творчеству.
 «…Отец Николая Рубакина, Александр Иосифович, происходил из старинной купеческой семьи. Род Рубакиных был из Псковской губернии, они, по выражению местных жителей, были «скопские». Николай Александрович очень любил говорить, что он родом из «самой демократической русской республики — Пскова», что Псков чисто русское место, до него даже татары не доходили в XIII веке, и поэтому в жилах у него только русская кровь…»
                       Рубакин А.Н. «Лоцман книжного моря»



«Лоцман книжного моря»
Методические рекомендации:
К 155-летию со дня рождения Н.А. Рубакина.

«Что такое книжное дело? Это дело – сама жизнь и борьба».
«Каждый человек есть клубок жизни – та точка Вселенной,
где сливаются воедино все науки».
Н.А. Рубакин
   

Наибольшую известность приобрел фундаментальный труд Н.А. Рубакина «Среди книг», подобного которому не было в мировой библиографии. Труд этот имеет большое значение и для других наук. Это поистине смелая новаторская работа междисциплинарного характера, состоящая из четырех частей. Лоцманом  «книжного моря» называют Николая Александровича Рубакина, прочитавшего и просмотревшего за свою жизнь свыше 100 тысяч книг. Чуть ли не с самого детства он наметил свой жизненный путь и следовал ему неукоснительно. Рубакин поставил перед собой цель – быть учёным. И добился её. Затем решил стать энциклопедистом. И стал им. Он прослушал не только курс естественного отделения физико-математического факультета, но и курсы двух других факультетов – юридического и историко-филологического. Страстью всей жизни Рубакина было чтение. В библиотеке, среди книг, он просиживал буквально сутками. Он умел не только читать, но и использовать полученные из книг знания в своих работах, пользовавшихся большой популярностью в самых широких кругах читателей России: «Этюды о русской читающей публике», «Среди книг», «Письма к читателям о самообразовании».
Общий тираж его книг, изданных в России, достиг 20 миллионов экземпляров. Цифра для дореволюционного времени поистине астрономическая. Кроме того, Рубакин переписывался с десятками тысяч читателей.
В  преддверии юбилея рекомендуем использовать такие формы работы как книжные выставки, вечера одного портрета, библиотековедческие чтения, которые можно объединить в циклы, месячники. Предлагаем познакомиться с жизнью и деятельностью Н.А. Рубакина с разных сторон.
Содержание
·        Начало пути
·        Последние годы жизни Н.А.Рубакина
·        Цитаты Н.А. Рубакина
·        Важнейшие работы Н.А. Рубакина, имеющиеся в фонде ПОУНБ
«Мне уже 65 лет, но я никогда не считал и не считаю себя стариком, а работаю без воскресений и каникул вот уже 50 лет и со времени моей юности находился и нахожусь в теснейших сношениях с молодежью, которую я люблю и знаю и которой по мере своих сил и как умею помогаю в ее светлых стремлениях к свету, воздуху и теплу и в трудной работе выяснения и усвоения великих принципов трудового строя и социальной и личной жизни. И 40 лет переписки и общения с такой молодежью ни разу не дали мне возможности киснуть, унывать, опускать руки и считать себя стариком. Нет, стремления молодости — это и мои стремления, настроение борьбы — это и мое настроение, вера в полную возможность осуществления социального строя на принципах действительно новых, справедливых, трудовых — это и моя вера до сих пор и до конца дней».
    Н.А.Рубакин. Письмо к И.И.Лебедеву от 5/IV 1928 г.

Рубакин в цифрах

«Имя Рубакина в данное время мало кому-нибудь что-нибудь говорит, но тогда (1890 — 1900) этот крупный талант, часто воевавший с цензурой, был лозунгом для писателей, работавших для народа. К нему совершались в буквальном смысле паломничества молодых начинающих литераторов и студенчества» — так писала в своих воспоминаниях писательница М.В. Ямщикова, известная под псевдонимом А.Алтаев.
В 1962 году в СССР отмечалось столетие со дня его рождения, и все крупные газеты и журналы в Москве, Ленинграде и в ряде городов СССР так или иначе отметили эту дату. Рубакин не был забыт, и даже ничего не знавшая о нем молодежь заинтересовалась человеком, который больше всего работал для молодежи и книгами которого зачитывалась молодежь в течение многих десятилетий до революции, книги которого уничтожала царская цензура.
 Нет, Рубакин никогда не был народным комиссаром и никогда не занимал никакой официальной правительственной должности. Он всю жизнь был писателем, просветителем, библиографом, и его деятельность в области просвещения громадна.
    В наше время особенно любят выражать все цифрами. Любил цифры и Николай Александрович Рубакин. Недаром в его научно-популярных книжках всякие факты подкрепляются цифрами, недаром им была написана замечательная книжка «Россия в цифрах», которую так ценил Владимир Ильич Ленин. Обратимся же к цифрам и мы для того, чтобы, так сказать, математически точно показать, что сделано Рубакиным за его долгую жизнь. Он сам приводит такие цифры в ненапечатанных автобиографических заметках. Список (еще неполный) своих печатных трудов он составил в 1934 году, но и после этого, до 1946 года — года смерти — им было написано немало.
         Рубакин, по его воспоминаниям, печататься начал очень рано — в 1875 году, в возрасте 13 лет (писать начал еще раньше). Это были сатирические стихи.
Им было опубликовано 350 журнальных статей, не считая газетных, написано и издано 280 книг и брошюр, в том числе 233 для читателей крестьян и рабочих, среди его брошюр насчитывалось 15 руководств для самообразования.
За это же время Рубакин составил около 15 тысяч индивидуальных программ для чтения и самообразования.
47 написанных Рубакиным книг были запрещены и уничтожены царской цензурой тотчас же по их выходе в свет, семь книг искалечены цензурой. Научно-популярные книжки Рубакина были изданы на 28 языках (иностранных и народов нашей страны).
Уже одно это показывает, насколько оригинальна и привлекательна была форма, в которую Рубакин облекал свое изложение научных вопросов.
Редкий писатель может похвастаться тем, что его книги переведены на столько языков.
    Насколько книги Рубакина по вопросам науки были любимы читателями и доходчивы, можно судить еще и по следующему факту: в первые годы после Октябрьской революции, когда в стране усилилась страшная разруха, когда бушевала гражданская война, когда бумаги не хватало даже для газет, советские органы власти переиздавали книги Рубакина огромными тиражами. Так, в 1919 — 1920 годах Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов издал 22 книжки и брошюры в количестве 1420 тысяч экземпляров. Отпечатаны они были на очень плохой бумаге, выглядели очень неважно, но раскупались моментально. Советская власть сочла нужным издать эти книжки. «Среди тайн и чудес» переиздало издательство Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов (Москва, 1919 г.). Оно же — «Самые дикие люди на земле», «Рассказы о делах в царстве животных», в том же году издательство Союза коммун Северной области переиздало «На плавающих льдинах по Ледовитому океану» (Петроград, 1919 г.).
    С 1923 по 1928 год советскими издательствами было переиздано еще 23 книжки Рубакина (тираж их 166 тысяч экземпляров), а, кроме того, ввезено в СССР пять книжек Рубакина по естествознанию, изданных за границей тиражом 49 тысяч экземпляров.
О том, как читали Рубакина в первые послереволюционные годы, можно судить по статье, напечатанной в журнале «Красный Библиотекарь» (1923, № 4) «Какие авторы научной литературы пользуются успехом у читателя-рабочего». Вот что писал этот журнал: «По пяти рассматриваемым нами передвижкам на первом месте, оставляя далеко позади себя других авторов, стоит Рубакин (его книги по естествознанию и географии). Надо заметить, что его читаемость превышает значительно читаемость даже беллетристов... Рубакина читают и пожилые, и молодые, и мужчины и женщины. Особенное впечатление он производит на малоразвитых, начинающих читателей, они прочитывают некоторые его книги по нескольку раз».
С 1889 по 1928 год разошлось свыше 20 миллионов экземпляров книг Н.А.Рубакина. Если считать, что каждую книжку читал не один человек, а несколько, иной раз десятки читателей, то можно сказать, что в дореволюционной России почти не было грамотного человека, который бы не читал книжек Рубакина. А ведь надо помнить, что до революции свыше 75 процентов населения России было неграмотно и даже грамотные люди могли с трудом читать книги, написанные часто недоступным для них, непонятным языком.
После революции, когда в народе с новой силой вспыхнула жажда знания, страсть к книге, к учению, спрос на научно-популярные книги Рубакина возрос во много раз, а возможности удовлетворить его из-за недостатка бумаги, типографий, авторов и т.д. резко снизились. Тем более надо ценить то, что в эти трудные для нашей страны времена Советская власть нашла возможным в первую очередь печатать эти работы.
    Надо особо выделить целый ряд научно-популярных книжек Рубакина, написанных им уже в эмиграции в Швейцарии и изданных Европейской организацией американского «христианского общества молодых людей» (УМКА). Книжки эти официально ввозились и распространялись в Советской России, так как советские организации за границей закупали их для России. Этими организациями в первые годы после Октябрьской революции было закуплено около 55 тысяч экземпляров этих книжек и перевезено в Россию, где они моментально распродавались.
В США, в Нью-Йорке, с 1921 по 1926 год под общим названием «Научно-популярные лекции дня самообразования и публичных чтений» был издан целый ряд книжек Рубакина, специально для этого написанных: «Как устроена Вселенная», «Начало всех начал» (2 издания), «Что есть на небе» (2 издания), «Вещество и его тайны» (2 издания), «Вечное движение», «Как живут камни», «Великие слова жизни», «Новые меры длины и весов, введенные в России в 1918 году», еще много других. Ряд других книг в той же серии вышел под редакцией Рубакина. Книжка «Вещество и его тайны» была издана одновременно и в Москве издательством «Земля и Фабрика».
Книга «Среди тайн и чудес» была переиздана в Москве Издательством политической литературы в 1965 — 1967 годах тремя тиражами каждый от 95 тысяч экземпляров до 150 тысяч.
В 1975 году в Москве в издательстве «Книга» вышел двухтомник «Избранного» Н.А.Рубакина. Издание разошлось в несколько дней. В 1977 году в том же издательстве вышла его книга «Психология читателя и книги», опубликованная первый раз в Москве в 1929 году. Еще при жизни Н.А.Рубакина в Германии, Франции, Италии и других странах вышел ряд работ о созданной Рубакиным новой теории — библиопсихологии.
    Интерес к Рубакину и его работам не ослабевает, а, наоборот, растет и в настоящее время. Так, в Англии, в Лондоне, издательство «КлайвБингли» стало выпускать серию книг классиков книговедения и библиографии. Первой в 1968 году в этой серии была выпущена книга о Н.А.Рубакине. В ней напечатаны на английском языке три его работы по библиопсихологии и его биография, написанная его сыном, профессором А.Н.Рубакиным, автором этих строк, и библиография работ Н.А.Рубакина.
В доступности и понятности языка книг Рубакина и лежит один из секретов их огромного распространения в народе.
    Но Рубакин не ограничивался только писанием и изданием книг, он поддерживал и расширял тесную связь со своими читателями путем личной переписки и личных знакомств. С 1889 по 1907 год он переписывался с 5189 читателями главным образом из трудящихся классов, а с 1911 по 1915 год - с 5507. Даже после своего отъезда за границу он продолжал переписываться со многими тысячами старых и новых читателей, несмотря на все трудности этой переписки. К ним еще прибавились друзья, которых он приобрел за рубежом. Переписка Рубакина со своими читателями была, если можно так выразиться, перепиской деловой, в которой он не просто разговаривал с читателями, а руководил их самообразованием.
    Добавим, что за свою жизнь Рубакин собрал две огромные библиотеки. Первую, в 130 тысяч томов, он подарил в 1907 году Петербургской лиге образования. Вторую, почти в 100 тысяч томов, еще более ценную по подбору книг, он завещал Государственной библиотеке имени В.И.Ленина в Москве, где она и находится в настоящее время.
    Таковы цифры, отражающие жизнь и научную деятельность Н.А.Рубакина.
В его биографии самое важное — это то, что им было сделано в области служения народу, служения науке, служения революции. И тут приходится удивляться, как мог успеть человек, в жизнь которого все время вторгались и внешние события, и внутренние переживания, и горести, сделать так много, как он сделал. Какую волю к жизни, какую работоспособность, целеустремленность нужно было иметь, чтобы сделать все то, что он сделал!
С самого раннего возраста и до последних дней жизни Рубакин работал в одном направлении — изучении книги, читателя, автора, и все прочие его работы группируются вокруг этой основной темы. И написание им научно-популярных книжек и художественных произведений, и создание библиотек, и составление каталогов, и переписка с читателями — все это было тесно связано, «Последний энциклопедист» (как его назвал писатель Лев Разгон), писавший на самые разнообразные темы, обладавший широкими, глубокими и разнообразными знаниями, все их поставил для достижения одной цели — просвещения народа, борьбы за книгу и во славу книги, за читателя и ради читателя. Выражение «великие цели рождают великую энергию» особенно приложимо к нему.
Он ни разу не свернул с избранного им пути, ни разу ему не изменил. Его жизнь показывает, чего можно достичь, если сделать ее целеустремленной. Поэтому и его биография представляет немалый интерес. Мы с полным правом можем говорить о замечательной жизни замечательного русского человека, писателя, борца, революционера, девизом которого было «Да здравствует книга — могущественнейшее орудие борьбы за истину и справедливость». Но эта фраза становится еще яснее, когда к ней добавляют другую фразу, сказанную им же: «Культурная работа — это средство, революция — цель».


Николай Александрович Рубакин родился в купеческой семье 1 июля 1862 года по старому стилю, 13 июля по - новому. В паспорте же Рубакина значилось — родился 3 июля. Дело в том, что метрика его сгорела при пожаре в 1864 году и восстановлена была по памяти настоятелем Ораниенбаумской церкви, который крестил мальчика. Жили Рубакины в маленьком городке Ораниенбауме, расположенном рядом с Петербургом и, тем не менее, сохранившем все черты глухого русского провинциального городишка.
    Отец Николая Рубакина, Александр Иосифович, происходил из старинной купеческой семьи. Род Рубакиных был из Псковской губернии, они, по выражению местных жителей, были «скопские». Николай Александрович очень любил говорить, что он родом из «самой демократической русской республики — Пскова», что Псков чисто русское место, до него даже татары не доходили в XIII веке, и поэтому в жилах у него только русская кровь.
            Николай Александрович Рубакин прожил почти 85 лет. Он жил в самую бурную, самую великую эпоху истории нашей страны. Он еще застал в своей жизни и борьбу «Народной воли» против царского самодержавия, и разгром этой организации, нарождение нового, марксистского течения русской революционной мысли, и темную реакцию конца 60-х и начала 90-х годов прошлого века, и мощный подъем революционного движения в начале века, и первые грандиозные выступления пролетариата в 1905 году, и новый разгул кровавой реакции в последующие годы, и снова подъем революционного движения, и, наконец, Великую Октябрьскую социалистическую революцию. Он пережил русско-турецкую войну 1876 — 1877 годов, и русско-японскую войну 1904 — 1905 годов, и первую империалистическую мировую войну, и великую войну Советского Союза с германским фашизмом. И почти во всех этих событиях он так или иначе участвовал, все они отражались на его общественной и личной жизни. Он прожил почти 40 лет в Швейцарии, далеко от Родины и в то же время работал только для Родины.
Эпоха, в которую жил Рубакин, была и эпохой величайших технических завоеваний. Он видел рождение века электричества, появление первых автомобилей, первых самолетов, беспроволочного телеграфа, радио, телевидения и многих сотен других изобретений, выражавших человеческий гений и разум, которые прославлял Рубакин.
Николай Александрович, по существу, мало что помнил об ораниенбаумском периоде своей жизни, так как его семья переехала в Петербург в 1873 году, когда ему было всего 11 лет. Он помнил только то, что в Ораниенбауме отец заставлял его и Мишу продавать веники при входе в бани и следить за тем, чтобы приказчики не разворовывали кассу.
    Мальчики проводили много времени с рабочими деда в банях, на лесной бирже, слушали рассказы и сказки рабочих. То, что Николая Рубакина заставлял делать отец, по его словам, «влило ему в душу много мелочности и копеечности».
Очень рано проявилась у Рубакина любовь к книгам, а понимание значения книг пришло только со временем. В автобиографии Рубакин рассказывает: «Будучи еще в реальном училище, в 1875 г., я подбил мою мать открыть библиотеку. Она продала два выигрышных билета, купила на 60 рублей книг, остальное взяла в кредит. Всего было куплено около 600 книг. Это было 22 октября 1875 г. — открыта библиотека Л.Т.Рубакиной на Могилевской улице. Я был мальчиком в этой библиотеке и рылся в книгах... во время учения во 2-м реальном училище. Мать и я в книгах ровно ничего не понимали». Через двадцать лет библиотека Л.Т.Рубакиной благодаря Николаю Рубакину стала крупнейшей частной библиотекой в России.
    Писать Рубакин начал очень рано и с детства мечтал о том, чтобы стать писателем. В девять лет он составил список своих будущих сочинений, списав их названия из журнала «Эпоха» за 1864 год, отвез список в типографию, приложил к нему две копейки... за напечатание и убежал. В 1871 году, то есть в том же возрасте, он составил географический словарь, писал что-то, делал выписки из книг и журналов.
    Писать научные статьи, и притом ярко популярного характера, Николай Рубакин начал тоже очень рано. В 1878 году, то есть когда ему было всего 16 лет, он напечатал свою первую научную статью «О боготворении животных» в журнале «Детское чтение» я даже получил за нее гонорар в 16 рублей — большая сумма по тому времени, сразу возвысившая его в глазах отца, который вообще не придавал серьезного значения писательским наклонностям сына.
    В 1879 году Рубакин напечатал вторую научную статью в «Семейных вечерах» Софьи Каптиревой «Всегда ли люди умели писать», а затем и ряд других. Уже одно заглавие этой статьи характерно для будущей деятельности Рубакина: он всегда давал такие названия своим статьям и книжкам, которые возбуждали интерес у читателя еще до их прочтения. Так, впоследствии им были написаны работы «Как люди научились говорить каждый на своем языке», «Самые дикие люди на земле», «Хватит ли на всех земли, если ее разверстать правильно».
        В 1879 — 1880 годах Рубакин стал писать стихи преимущественно сатирического содержания и печатал их в «Стрекозе», «Будильнике» и других юмористических журналах того времени обычно под псевдонимами («Р.», «Р-н», «Ораниенбаумский» и др.).
    В 1880 году Рубакин познакомился с философией Огюста Конта и его «религией человечества» и сразу им увлекся. Увлечение Контом он сохранил до конца своих дней и был, вероятно, последним «континианцем» на свете. Его особенно прельстила классификация наук по Конту и принцип энциклопедичности образования. Поэтому, поступив в 1880 году в Петербургский университет, он решил учиться сразу на всех трех факультетах. Он поступил на естественный факультет, так как там изучали «точные науки», основу всех наук, по Конту, но одновременно посещал лекции двух других факультетов и проходил их курсы. Как он сам пишет, «за 5 лет я одолел все три факультета систематически». Вместе с ним, по его словам, тоже по три факультета окончили и его товарищи по университету, впоследствии известные ученые, — химик В.И.Вернадский, ботаник и географ А.Н.Краснов, физик И.П.Лебедев, историк И.М. Гревс.
Но такого рода усиленные занятия отозвались на его здоровье. В 1881 году он страдал переутомлением и, как сам пишет, стал неврастеником. Вдобавок в том же 1881 году он перенес тиф, из-за чего ему пришлось отложить экзамены с весны до осени. Но эти же занятия выработали в нем необыкновенную работоспособность, которую он сохранял всю свою жизнь.
    Уже в начале 80-х годов Рубакин примкнул, как он сам говорил, к «социалистическому течению русской общественной мысли» и стал усиленно изучать социализм по легальной и еще больше по нелегальной литературе того времени. Он сразу же отдался всей душой делу социализма, стал распространять социалистическую литературу, а с 1882 года начал писать в различных подпольных изданиях. Настоящий склад такой литературы хранился на квартире, где он жил со своей матерью.
Когда Рубакин окончил университет, отец уговаривал его пойти на государственную службу, стать чиновником, убеждая: «Ты и тогда сможешь писать». То же самое советовала ему и мать. Но Рубакин всегда чувствовал отвращение к службе. Он подбил отца взять в аренду бумажную фабрику в Стрельне. Отец его взял на себя торговую сторону дела, брат Миша как инженер-технолог — техническую, а Николай Александрович, как он пишет, «стал ведать делами с фабричными рабочими». Именно там он впервые по-настоящему познакомился с рабочими, их бытом, их запросами и пытался вести среди них пропаганду «реальностями и без всяких страшных слов». Эта фабрика уже через три года прогорела, поэтому пришлось даже продать два дома для покрытия расходов по ее ликвидации.
    
«Культурная работа — средство, революция — цель»

К 900-м годам у Рубакина уже окончательно сложились взгляды на так называемую народную литературу, и он энергично осуществлял их на практике.
    Чтоб понять роль Н.А. Рубакина в создании народной литературы, нужно знать, как относились раньше к этой литературе видные русские писатели и общественные деятели. Передовые русские общественные круги с начала XIX века были очень далеки от народа. Разрыв между интеллигенцией и народом был очень велик. Пропорция неграмотных среди рабочих, крестьян, ремесленников даже в конце XIX — начале XX века превышала 75 процентов, а среди женщин была еще выше. И все-таки постепенно расширялся круг читателей из народа.
Но даже грамотным людям из народа было нечего читать, так как выходившие в издательствах книги были непонятны для необразованного читателя, да и книг-то выходило очень мало. За весь XVIII век в России печаталось в среднем только 125 книг (названий) в год, с 1887 по 1892 год число названий книг, выпускаемых ежегодно, поднялось с 7 тысяч до 9 тысяч, в 1893 году перевалило за 10 тысяч, в 1908 году достигло 23852 и в 1912-м — 34 630. При этом в 1887 году было напечатано всего 24 миллиона экземпляров книг на всю Россию, в 1895-м — 42 миллиона и в 1912-м — 134 миллиона, то есть около одной книги в год на каждого жителя.
    Образование и чтение были достоянием сравнительно небольшого круга людей. Такое положение обусловило довольно странную реакцию со стороны многих русских писателей в их отношении к тому, что надо читать народу.
Рубакиным еще в ранней молодости был выдвинут лозунг: «Да здравствует книга, могущественнейшее орудие борьбы за истину и справедливость». В нем говорится не о книге как орудии истины и справедливости, а о книге как об орудии борьбы за истину и справедливость. Рубакин писал о том, что необразованный революционер вреден и опасен. Революция — это борьба, основанная на знании, на понимании. Книга для жизни, а не жизнь для книги — вот был девиз Рубакина.
Рубакин не пренебрегал никаким способом донести знания до народных масс. Сытин по инициативе Рубакина затеял издание специальной «Библиотеки для самообразования». Он же стал первым издавать «Народный календарь», в котором печатались статьи по различным отраслям знания, из них многие были написаны Рубакиным. Календарь достиг колоссального по тем временам тиража — свыше 2 миллионов экземпляров в год. Он имелся почти в каждой крестьянской семье.
Рубакин всегда говорил, что не только он сам учит своих читателей, но и учится у них. Изучая их речь, их язык, их круг понятий, Рубакин выработал свой, необыкновенно простой и ясный язык, с многочисленными повторениями и вопросами. Некоторым он казался однообразным, бедным. Однако на деле огромная сила популяризации в произведениях Рубакина заключалась в том, что самые сложные вопросы науки в его изложении оказывались доступными пониманию даже совсем малограмотного человека.
   Рубакин говорил: «Чтобы человек тебя понял, надо изъясняться немногословно, а возможно меньшим числом слов и обязательно понятными. Вот, например, слово «тело». Для физика и вообще для образованного человека — это может быть всякий твердый предмет. Но для малограмотного крестьянина или рабочего «тело» — это только человеческое тело. И из этого надо исходить, а не мудрить. Непонятны могут быть не только иностранные слова, но и русские».


Николай Александрович Рубакин с самого начала своей сознательной жизни и до самой своей смерти жил среди книг, жил в библиотеках, при библиотеках, для библиотек. «Рыться в книгах» всегда было любимейшим занятием, своего рода отдыхом Рубакина, как и большинства ученых и писателей.
Для Рубакина книги тоже были капиталом, но не таким, как для библиофилов. Для него книги были капиталом человеческого ума, человеческого знания, человеческих исканий истины и справедливости, призывом к борьбе за лучшее будущее. Он любил книги не за их внешность, а за их содержание. Его библиотеки были не собранием редких и роскошных дорогих книг для библиофилов, а сокровищницей человеческих знаний и достижений, из которой каждый мог черпать знания. На этом принципе строились и подбирались его библиотеки.
    Книги дали ему возможность оставить по себе громадное литературное наследство, а библиотека стала для него, как он позже выразился, «отражением вселенной».
Библиотеки Рубакина были неразрывно связаны с его работой, с его жизнью. Его библиотеки не были простым и случайным скопищем книг — это были логически построенные системы, где книги действительно отражали жизнь вселенной.
Собранные им библиотеки не только отражают характер всей его работы, но и дают представление о его интересах, о его методах работы, ее содержании.
Библиотеки — это огромная часть его жизни. Без них он не занял бы того места в истории русского просвещения, которое он занял.
    Николай Александрович был первым библиотекарем и библиографом библиотеки Л.Т.Рубакиной. Еще мальчишкой он составил для нее первый каталог, который включал всего 1500 книг и 26 журналов. В 1892 году библиотека перешла полностью в ведение Николая Александровича Рубакина.
Широко пользовались библиотекой и писатели, профессора, ученые.
    Многие рабочие были непосредственными подписчиками библиотеки Л.Т.Рубакиной, причем бесплатно получали книги. Обращались они за советами и прямо к Рубакину. Еще большее число рабочих, особенно с заводов Шлиссельбургского и Нарвского трактов, пользовались библиотекой косвенно.
    В одном из своих писем Рубакину Крупская вспоминала: «Библиотека Рубакина была первой среди легальных платных библиотек в Петербурге, снабжавших бесплатно книгами рабочие марксистские кружки самообразования».
Книги в рабочие кружки попадали главным образом через знакомых учителей и учительниц воскресных и технических школ.
Библиотека служила и для революционной работы. На нее давались явки, через нее распространялась революционная нелегальная литература. При библиотеке проходили собрания революционных групп во время съезда Вольного экономического общества. В библиотеке же устраивались в течение нескольких лет свидания и совещания работников разных партий — эсеров, социал-демократов.
Подписная плата в библиотеку была ничтожной, но она не позволяла даже оплачивать расходы по найму квартиры и оплате библиотекаря и прислуги, так как все получаемые с подписчиков деньги Рубакин тратил на ее содержание и на покупку книг. Так, в смете библиотеки за 1903 год значится в графе прихода 8500 рублей — это плата за чтение, залоги от читателей, доход от продажи каталогов и библиографических указателей и т.д. В главе же расходов значится 8440 рублей — на содержание помещения, жалованье библиотекарям (исключая самого Рубакина), покупку книг и периодических изданий, переплет, канцелярские расходы и т.д. Итого «чистой прибыли» 60 рублей в год. Иначе говоря, библиотека не приносила Рубакину никакого дохода и, тем не менее, жила и процветала, удовлетворяя потребности в чтении огромной массы населения.
С 1892 года, когда Рубакин взял библиотеку в свои руки, начинается быстрый ее рост. К 1900 году — к моменту своего 25-ти летия — библиотека насчитывала уже 57 тысяч томов (40 тысяч названий). В фонды ее стали вливаться отчасти благодаря покупкам, отчасти в результате пожертвований и даров другие библиотеки частных лиц. В нее поступили библиотеки (целиком) известных тогда педагогов А.Н.Бетхера, И.Ф.Рашевского, А.Кирпотенко, профессора Н.И.Незеленова.
Библиотека приобрела полностью издания Ф.Ф.Павленкова, К.Т.Солдатенкова, Л.Ф.Пантелеева, О.Н.Поповой, товарищества «Знание», «Библиотеки для самообразования» И.Д.Сытина, товарищества «Просвещения», товарищества «Общественная польза» и других.
    С 1892 по 1907 год книжный фонд библиотеки увеличился более чем в 15 раз — с семи тысяч книг до 115 тысяч. Фонд расширялся не только за счет покупки отдельных частных коллекций и библиотек — целый ряд крупных частных библиотек был куплен по очень низким ценам, покупки книг у издательств, но и за счет бесплатных поступлений. Рубакин умел добывать книги всеми способами — от авторов, от издательств, от знакомых, все шло в общий котел.
В 1900 году в России было около тысячи частных библиотек, были и местные кружковые и общественные библиотеки. Рубакин завязал с ними связь для обмена книгами, для облегчения им приобретения новых книг по дешевой цене, посылал им свои авторские экземпляры, рассылал дублеты и т.п.
    С 1894 по 1902 год было разослано таким образом свыше 10 тысяч книг. Создалась сеть межбиблиотечных взаимоотношений, то есть то, что приняло такое широкое распространение впоследствии.
Кажется просто невероятным, как мог один человек писать сотни научно-популярных книг и статей, вести отделы в издательствах, переписываться с читателями и руководить десятками библиотек, не считая своей собственной. При этом все им делалось бескорыстно, большинство его начинаний, за исключением собственной писательской работы, было совершенно бесплатным, это можно было бы назвать капиталовложением ума и знаний в сокровищницу народного просвещения.
    Получив библиотеку в свое распоряжение, Рубакин сразу же начал ее перестраивать. Его перестройка была характерной и новой для того времени. В противоположность другим частным библиотекам Рубакин решил сделать основной упор на научную литературу, а не на беллетристику, и прежде всего на литературу научно-популярную. Это было большим риском, но Рубакин решил продолжать дело в такой форме, даже если библиотека поначалу будет давать убыток.
В 1900 году, подводя итоги деятельности библиотеки в связи с ее 25-летием, Рубакин писал: «Отдел научный должен стоять в правильно организованной библиотеке на первом месте. На втором должен стоять отдел литературный, беллетристический. В этот отдел входят произведения лучших поэтов и мастеров прозы, успевших занять известное место в истории литературы прошлого и настоящего времени, а также произведения моралистов, публицистов и критиков. Состав этого отдела должен быть особенно обширен и богат, так как большинство читателей пользуется прежде всего беллетристикой. Выразители общественных течений, художники, критики и публицисты должны занимать в этом отделе такое же место, какое они занимали в истории общественных течений. При такой постановке отдел беллетристики является отражением истории человеческих стремлений».
Для распространения знаний Рубакину было мало библиотеки. Поддержав инициативу группы учительниц, он организовал при библиотеке в 1892 году «Подвижной музей учебных пособий». Учреждение оригинальное, оно было единственным в своем роде не только в России, но, вероятно, и в Европе. Музей содержал довольно богатые коллекции экспонатов по минералогии, ботанике, зоологии, физике. Все эти экспонаты выдавались подписчикам — а таковыми были главным образом школы — на руки так же, как выдаются книги в библиотеке.
В нем работали Якобсон, М.И. Девель, Е.Д. Стасова, А.М. Коллонтай и другие. Вот что пишет о музее в своих воспоминаниях Е.Д. Стасова: «Большую роль в нашей работе играл «Подвижной музей учебных пособий». Он был создан учительницами воскресных школ, так как мы испытывали большой недостаток в этих пособиях. Каждая из учительниц принесла то, что у нее было: кто гербарий, кто минералы, или спиртовые препараты, или волшебный фонарь и картины к нему, или иллюстрации, вырезанные из журналов и иллюстрированных изданий. Все это помещалось в небольшой комнате, которую выделил нам при своей библиотеке Н.А. Рубакин. Во главе музея стояла учительница математики Мария Ивановна Страхова. Все предметы из музея выдавались, как книги в библиотеках.
Постепенно музей разросся и занял в том же доме на Большой Подьяческой уже несколько комнат, а затем один из наших абонентов, графиня София Владимировна Панина, построила для музея дом на углу Прилукской и Тамбовской улиц, с астрономической обсерваторией, лабораториями и большим зрительным залом».
С самого же начала своей работы в библиотеке Рубакин подошел к совершенно новым взглядам на роль и значение библиотек. Библиотека стала не какой-то лавочкой, в которой роль библиотекаря сводилась к выдаче книг по требованию читателей; она стала центром просвещения, а библиотекарь — руководителем чтения и выбора книг, советчиком читателя.
    В 1895 году в книге «Этюды о русской читающей публике» Рубакин так писал о назначении библиотек:
    «Для того чтобы библиотека могла правильно работать, и чтобы она могла служить не только удовлетворению личных и всяких иных вкусов, чтобы она была не одним развлечением, а могущественным орудием просвещения, каким должна быть книга, и тем более совокупность книг — литература, совокупный труд лучших умов человечества, сокровищница его знаний, мысли, чувств, стремлений и надежд — словом, чтобы библиотека была тем, чем она и должна быть, в ней необходимо должен находиться некоторый цикл книг. В этом-то цикле или, если можно так выразиться, библиотечном ядре и лежит центр тяжести каждой библиотеки, чтобы она могла занимать свое место в общей системе народного просвещения, а не только выдавать книги напрокат, получая за это плату или не получая ничего. Есть книги, которые должны быть в каждой открытой для публики библиотеке и отсутствие которых весьма невыгодно отражается на деятельности ее... Если можно так выразиться, библиотека должна быть книжным отражением вселенной. В основе библиотечного состава должна лежать система наук, философская схема, распределяющая все явления мировой жизни в известной последовательности и порядке, например, хотя бы схема наук О.Конта, которая вместе с тем, и схема явлений мира... Но не в схеме дело. Вся суть в том, чтобы было выполнено главное условие: на основании классификации явлений природы должен определяться и библиотечный состав, т.е. состав ядра. Это ядро должно представлять собой энциклопедию, хотя энциклопедию особенную — составленную из разных сочинений разных авторов, разных издателей, разных времен и народов. Эта энциклопедия, идя от общего к частному, должна заключать в себе некоторый минимум наук, абстрактных и конкретных (описательных) «чистых» — теоретических и прикладных. Эта минимум-энциклопедия для каждой мало-мальски порядочной библиотеки обязательна...
Но один цикл наук еще не вполне определяет библиотечное ядро. Библиотека должна не только иметь книги, распределенные по циклу наук, но облегчить всякому желающему путь к той науке, которая в данное время интересна ему. В хорошей библиотеке по каждой науке должен быть выбор таких книг, которые могли бы вводить в область знаний людей всяких степеней образования, от низших и до высших».
    В этих высказываниях Рубакина уже содержатся основные положения, развитые им впоследствии в его теории библиопсихологии. Интересно, что такие мысли были им высказаны еще более чем за 25 лет до создания этой теории.
    Библиотека Рубакина была, вероятно, первой частной библиотекой, издававшей каталоги как уже имеющихся в ней книг, так и книг, которые нужно было приобрести.
    Не только давать книги читателю, но дать ему возможность еще до чтения ознакомиться с их содержанием и направленностью, выбрать то, что ему нужно или что его интересует, — вот цель этих каталогов. Роль библиотеки, таким образом, из пассивной переходит к активной, библиотека идет навстречу читателю, раскрывает ему все свои богатства — выбирай то, что тебе интересно. Поэтому составление каталогов и рекомендаций книг Рубакин рассматривал вовсе не как какую-то механическую работу, которую можно поручить любому библиотечному технику.
Библиографические указатели и каталог, по мысли Рубакина, должны были не только служить для данной библиотеки, то есть для руководимой им. Они должны были лечь в основу составления любой библиотеки, став, так сказать, тем, что теперь называют «типовыми проектами». Как писал Рубакин: «...каталог является руководящим началом для приобретения книг в библиотеку, а не только перечислением всего того, что там имеется. Книги, внесенные в этот каталог, могут быть по материальным причинам еще не приобретены библиотекой, но они тотчас приобретаются по первому требованию подписчиков».
Библиотека составила свыше 20 рекомендательных каталогов, и целью их, как он писал сам, была «революционизация книжного дела». Одни из них были предназначены для рабочих и крестьянских кружков, другие для пропагандистов и агитаторов, третьи для учащейся молодежи, четвертые для библиотекарей, пятые для учителей и т.д. Уже это показывает, что они составлялись не механически, а с учетом положения тех, кому они предназначались. Но в учет этого положения входили и возможности данных лиц вести революционно-пропагандистскую работу. Любопытно, что печатались эти каталоги обычно без подписи Н.А.Рубакина.
Если библиотека, по мысли Рубакина, «отражение вселенной», то правильно построенные каталоги, вернее система каталогов, должны отражать книжный состав библиотеки и вместе с тем привлекать и приближать книги к читателям. Рубакин разработал целую систему каталогов, считая их лучшим средством против «залежалости» книг, в том числе малочитаемых, «забытых». Каталог должен быть составлен так, чтобы читатель мог его читать с интересом и выбирать сам книги по нему.
    «Центром библиотеки, — писал Рубакин, — является не книга, а живой человек и социальный коллектив». Соответственно этому Рубакин формулирует и цель каждой библиотеки: это «вооружение читателя знанием, пониманием, активным настроением в работе над самообразованием». «Библиотека, — говорил он, — это не место для пассивной выдачи книг читателю, как отпускают товар в лавке; это оружие, и оружие острое, это искры, которые зажигают человека интересом к науке, знанию, борьбе».
Для самого Рубакина библиотека служила тем материалом, из которого он черпал содержание своих научно-популярных книг. Писать он мог только в библиотеке, в окружении книжных полок с выстроенными на них книгами, журналами, газетами, брошюрами, каталогами. Он перерабатывал собранный и изученный им книжный материал на основании изучения языка читателей, их запросов, интересов.
Большинство ученых, занимающихся вопросами библиотечного дела, изучали крупные библиотеки — академические, публичные, национальные. Рубакин пошел по другому пути. Исходя из своих убеждений о том, что книга и библиотека должны идти к читателю, а не только читатель к библиотеке, он придавал особое значение библиотекам кружков и библиотекам для самообразования. Эти библиотеки были в непосредственной живой связи с читателями, и по ним легче всего можно было судить об интересах и пожеланиях читателей. И все теории Рубакина о книжном деле относились главным образом к таким библиотекам. Эти библиотеки должны были быть энциклопедическими — иметь книги по всем отраслям наук. Именно для них Рубакин и разработал теорию «библиотечного ядра», то есть основной группы книг, которые они должны иметь.
    Впервые им были развиты эти теории в 1893 году в докладе «Книжное оскудение», сделанном в Вольном экономическом обществе в Петербурге.
Рубакин не был в принципе противником децимальной системы классификации книг в библиотеке, но для общеобразовательных библиотек он предложил свою систему, основанную на естественной классификации явлений природы и областей жизни.
Здесь была изложена и теория подбора книг для библиотечного ядра: на основе классификации психических и социальных типов читателей. По его мнению, в общеобразовательной библиотеке должны быть книги для всех главнейших типов читателей, наиболее распространенных в данной области.
Это, по существу, возлагало на библиотекаря трудную задачу: определить типы книг в его библиотеке и определить типы читателей. Это обязывало библиотекаря быть в тесном контакте с читателями, разговаривать с ними, ставить психологический диагноз, учитывая их классовое положение, их психический тип. Библиотекарь становился чем-то вроде врача, ставящего диагноз у постели неизвестного ему больного. Как диагноз ставится для назначения правильного лечения, так и диагноз психического типа читателя ставится для рекомендаций, соответствующих данному типу книг.
    Рубакин говорил о библиотеках: «Мы должны сделать библиотеку живым организмом. Мы должны сделать этот организм своего рода питомником самых полезных общественных микробов. Каждая книга должна быть таким микробом, эти микробы должны лететь во все стороны... И не туда, куда полетит ветер, а туда, куда нам самим нужно, чтобы они летели».
    Целый ряд работ Рубакина был посвящен разработке этой теории, имеющей целью, как он сам говорил, «максимальное внедрение книг в читательскую массу». Здесь им была предложена и осуществлялась «социально-психологическая теория рекомендации книг», опирающаяся на теорию консонанса и диссонанса типов книг с типами их читателей и предполагающая приспособленную для этой цели технику устройства и функционирования библиотек, выдачи книг, ведения библиотечной статистики. Все эти принципы Рубакин старался внедрять начиная с 1901 года в своей петербургской библиотеке. Таким образом, эта библиотека совершенно не имела характера какого-то коммерческого предприятия — она стала крупным педагогическим центром, центром просвещения и самообразования читателей.
 Библиофилы игнорировали эту библиотеку: в ней не было редких и ценных книг. Здесь были только книги, учившие народ, звавшие его на борьбу за свои права, за лучшее будущее.


Николай Александрович Рубакин считал, что создание новой психологической теории, которой он дал название «библиологической психологии», или «библиопсихологии», — главное научное достижение его жизни. А между тем из всего им сделанного в жизни именно библиопсихология возбудила больше всего возражений и критики со стороны наших ученых и именно из-за нее начали резко критиковать работы Рубакина в 30-е годы.
Создание этой теории началось еще тогда, когда Рубакин был совсем молодым человеком, когда вышли его первые научно-популярные книжки. Больше того, он и начал писать эти книжки, учитывая запросы читателей и их психические типы.
«Введение в библиологическую психологию» — первый капитальный труд по библиопсихологии — был отмечен только специалистами. На русском же языке уже в 20-х годах Рубакин напечатал ряд статей, развивающих его мысли в этой новой области: «О сбережении сил и времени в деле самообразования» (1914), «Этюды по психологии читательства» (1914), «Библиологическая психология как теория и практика книжного дела» (Прага, 1921), «Что такое библиологическая психология» (1924), «Психология читателя и книги» (1929). Рубакиным и была создана классификация типов читателей и типов книг. Все понимают, насколько трудно было провести такого рода классификацию и насколько надо было знать те книги, которые можно было рекомендовать читателям данного типа. Рубакин проделал колоссальную работу по классификации типов книг, и на основании этой классификации он, определив, с другой стороны, тип читателя, рекомендовал ему книги, соответствующие его психическому типу.
    Рубакин составил анкеты для читателей, чтобы выяснить их психический тип. В опросном листке анкеты содержалось 37 вопросов, кратко сформулированных. Но тут же Рубакин замечает, что «ответы на прямо поставленные вопросы не показательны». Особенно показательно то, что записывается в опросном листке рефлективно, несознательно, необдуманно. Поэтому составитель опросного листка должен быть очень тонким, вдумчивым человеком, превосходно знакомым с социальными и психологическими условиями того места и времени, к каким относится анкета.
    «Библиопсихология, — говорит Рубакин, — должна стать наукой объективной. Она должна стать такой для того, чтобы дать возможность всякому работнику книжного дела объективно ориентироваться во всей сложности этого дела в любое время и в любом месте... Объективная классификация книг должна помочь нам ориентироваться в бесконечном разнообразии книжных сокровищ... Объективная классификация авторов должна помочь нам ориентироваться в истории литературы... Значит, идеалом ее (библиопсихологии) должно быть точное знание».

Последние годы жизни Н.А.Рубакина

Рубакин никогда не принимал участия в публичных спорах и вообще не умел спорить и полемизировать. Он рассказывал о себе, что только один раз, будучи студентом, выступил как оратор на студенческом собрании и то ничего не мог сказать и его стащили с трибуны за фалды.
    Он до наивности не любил полемики, хотя, по существу, в своих книгах постоянно ею пользовался. Живя последние сорок лет в тихой, спокойной среде, видя мировые события только издали, из благодатной тишины швейцарского захолустья, он не мог понять чувств, владевших людьми, принимавшими непосредственное участие в этих событиях. А окружающие его близкие люди с их «толстовским» настроением и мировоззрением отнюдь не могли помочь ему разобраться в событиях как следует. Они его незаметно для него увлекали на иной путь, придавали его боевому темпераменту и характеру иной оттенок, отвлекали его от того, чего он действительно желал и к чему стремился. Они тщательно стирали в его представлении понятия о классах, о классовой борьбе, подменяя их словами «человечество», «люди», «борьба за справедливость для всех», «отрицание какой бы то ни было диктатуры человека над человеком».
Он был пламенным ненавистником правящих классов. Ведь именно он, один из первых в литературе, подметил и описал новый тип революционного рабочего, крепкого и твердого, начинающего осознавать мощь своего класса, и противопоставил его «размагниченному интеллигенту» — крылатое выражение, ставшее в свое время ходячим обозначением упадочничества.
    Можно сказать, что всю свою жизнь Рубакин боролся с царским и капиталистическим гнетом и их верным слугой — религией. Его первая напечатанная научная работа называлась «Обожествление животных» и разоблачала примитивные формы религии. Все его научные книжки были так написаны, что их содержание, так или иначе, било по религии.
    
Рубакин имел великое счастье дожить до победы над гитлеровской Германией. Ему было уже 83 года, когда на весь мир прозвучала великая весть об этой победе. Он думал о развитии Института библиопсихологии, об опубликовании своих законченных и находящихся в рукописи романов «Каиново семя», «Многоэтажная совесть», в которых выводил русскую интеллигенцию середины прошлого века.

До самого своего конца Рубакин жил и работал для России, для русского — советского народа, о нем думал всю свою жизнь, ему был верен.
    Все, что он имел, он отдал русскому народу — свои знания, свой талант, свои книги.
    Когда окончилась война, Рубакин лежал в постели — у него был тяжелый перелом ноги, который не мог срастись. 23 ноября 1946 года он не проснулся: утром, когда вошли к нему в спальню, он лежал мертвый в постели, с тихим и спокойным выражением на лице. Так закончилась полная работы и страсти жизнь одного из величайших просветителей русского народа.
          
  Урна с прахом Николая Александровича Рубакина была перевезена из Лозанны в Москву в 1948 году и погребена на Новодевичьем кладбище, у Стены старых большевиков, на кладбище, где погребены лучшие русские люди, ученые и писатели, артисты, музыканты, художники. Скромная каменная урна, стоящая на уступе в стене древнего русского монастыря, имеет вид печати, лежащей на каменной книге, на которой выгравированы слова: «Да здравствует книга — могущественнейшее орудие борьбы за истину и справедливость!» — девиз, которому Рубакин был верен всю свою жизнь.

            Алексей Максимович Горький в письме Рубакину от 18 октября 1922 года писал: «Когда-нибудь разумные люди сумеют оценить Вашу настойчивую, огромную работу истинного демократа. Много сделано Вами для одухотворения массы народной, я знаю это и очень хорошо».
В Советском Союзе Рубакин не был забыт. Когда в 1962 году наступило столетие со дня его рождения, сотни статей, заметок появились в газетах, и в них отмечался этот столетний юбилей и заслуги Рубакина перед русским народом. Вышел ряд книг, посвященных ему, в том числе его биографии, изданные издательством «Знание» и «Книга».

Цитаты Рубакина:

«Жизнь всегда учит гораздо большему, чем лучшая из лучших книг. Книга - только орудие и пособие. Не жизнь нужно проверять книгами, то есть теориями, а как раз обратно. Далеко не для всех людей пригоден совет: "читайте больше"».

«Знание должно служить творческим целям человека. Мало накоплять знания; нужно распространять их возможно шире и применять в жизни».

«Выбирать книги для своего и чужого чтения — не только наука, но и искусство».

«Никогда не прекращайте вашей самообразовательной работы и не забывайте, что, сколько бы вы ни учились, сколько бы вы ни знали, знанию и образованию нет ни границ, ни пределов».

Даты жизни и деятельности Н.А.Рубакина:

1862, 1(13) июля — Родился в Ораниенбауме Петербургской губернии.

1873 — Переезд всей семьи Рубакиных в Петербург из Ораниенбаума. Поступление в реальное училище в Петербурге.

1875, 22 октября — Открытие в Петербурге платной библиотеки Л.Т.Рубакиной, в которой стал работать Николай Александрович.

1877 — Н.А.Рубакин напечатал в журнале «Детское чтение» свою первую статью — «Обоготворение животных».

1879 — 1880 — Рубакин печатает стихи в юмористических журналах «Стрекоза», «Будильник» и т.д. под различными псевдонимами.

1881 — Рубакин сдал экзамен на аттестат зрелости при гимназии и поступил в Петербургский университет на естественное отделение физико-математического факультета.

1887 — Арестован полицией за принадлежность к «Студенческой корпорации». Отдан под гласный надзор полиции на один год. Окончил университет и получил золотую медаль за работу «Развитие крови в сердце у зародыша цыпленка».

1888 — Опубликовал «Опыт программы по изучению читателей».

1889, 23 апреля — Женитьба на Надежде Ивановне Игнатьевой.

1889 — 1893 — Работал на бумажной фабрике своего отца в Стрельне.

1890 — Программный доклад в Петербургском комитете грамотности, выдвинувший его в первые ряды писателей эпохи. Основание при библиотеке Л.Т.Рубакиной «Подвижного музея учебных пособий» в сотрудничестве с Е.Д.Стасовой и М.И.Страховой.

1891 — Редактировал в 1890 — 1891 годах журнал «Мир божий».  Знакомство с Н.К.Крупской.

1892 — Принял на себя руководство библиотекой матери.

1893 — Доклад «Книжное оскудение» в Вольном экономическом обществе в Петербурге. Впервые выдвинута теория «библиотечного ядра».

1894 — Организация литературных вечеров на квартире Н.А.Рубакина. Вместе с Хирьяковым по инициативе Н.К.Михайловского решено создать Союз писателей.
1894 — 1897 — Заведовал издательством О.Н.Поповой в Петербурге.

1895 — Доклад в Москве на съезде Комитета грамотности. Выслан в Рязань под гласный надзор полиции. Опубликовал «Этюды о русской читающей публике».

1897 — 1899 — Заведовал особым отделом в издательстве И.Д.Сытина.

1897 — 1900 — Заведовал одновременно издательством «Издатель».

1900 — 25-летний юбилей библиотеки Л.Т.Рубакиной. 57 тысяч томов. Поездка в Париж на Всемирную выставку 1900 года.

1901 — 1903 — Первая ссылка. Жил в Крыму (Ялта, Алупка, Алушта), в Новгороде.

1901 — В Крыму вступил в создававшуюся тогда партию эсеров. Писал революционные брошюры и передавал их Л.Б.Красину, который их печатал в типографии социал-демократов.

1902 — Развелся со своей первой женой Н.И.Рубакиной. Женился на Л.А.Коломийцевой, урожденной Бессель. Заведовал издательством Алексеева.

1903 — 1907 — Работал в издательстве Гершунина.

1904 — Доклад на съезде деятелей по техническому и профессиональному образованию. По приказу министра внутренних дел Плеве выслан за границу «навсегда».

1905 — После убийства министра Плеве получил разрешение вернуться в Россию.

1906 — Переехал из Петербурга в Финляндию, в Выборг.  Выход в свет основного труда Рубакина «Среди книг» в одном томе.

1907 — Передача Петербургской библиотеки Рубакина Петербургскому отделу Всероссийской лиги образования.  В октябре отъезд из Выборга за границу, в Швейцарию.

1909 - После раскрытия дела Азефа, в разоблачении которого принимал еще в 1903-1904 годах деятельное участие, заявил о своем выходе из партии социалистов-революционеров.

1911 — 1915 — Выход второго издания «Среди книг» в трех томах.

1914 — Рецензия В.И.Ленина на «Среди книг».

1916 — Создание секции библиопсихологии при Институте Ж.-Ж.Руссо в Женеве.
Знакомство и дружба с французским писателем Роменом Ролланом, продолжавшаяся до самой его смерти.

1919 — В августе выступил в Чехословакии с докладом о библиотечном деле, после которого швейцарское правительство отказало ему в разрешении вернуться в Швейцарию. Только в декабре получил это разрешение и вернулся в Кларан.
1922 — Выход на французском языке труда в двух томах «Введение в библиологическую психологию» в Париже.

1928 — Секция библиопсихологии превращена в Международный институт библиологической психологии под руководством Н.Л.Рубакина.

1930 — Совет Народных Комиссаров СССР постановил дать персональную пенсию Н.А.Рубакину.

1942-1945 — Работа с советскими гражданскими и военными пленными в Швейцарии, бежавшими из германо-фашистского плена, помощь им книгами, материальными средствами, переписка.

1946, 23 ноября — Н.А.Рубакин скончался в Лозанне.

1948 — Урна с прахом Н.А.Рубакина перевезена в Москву и захоронена на Новодевичьем кладбище. В том же году библиотека Рубакина, завещанная им Советскому Союзу, перевезена в Москву и размещена в качестве особого отдела (фонд РБ) в Государственной библиотеке имени В.И.Ленина.

Важнейшие работы Н.А. Рубакина, имеющиеся в фонде ПОУНБ:

Рубакин, Н. А. Избранное  / Н.А.  Рубакин : В 2-х т. – Москва : Книга, 1975. 
Т. 1. - 222 с.

Т. 2. – 278 с.

Рубакин, Н. А. О сбережении сил времени в деле самообразования. Краткий отчет об одном опыте практического содействия всем стремящимся к самообразованию применительно к их личным особенностям, а также к условиям их жизни : доклад, читанный на Первом женском съезде по женскому образованию в Санкт-Петербурге 3 января 1913 г. / Н. А.  Рубакин. – Санкт - Петербург : Тип. АО тип. дела, 1914. - 122, [6] с.

Рубакин, Н. А. Психология читателя и книги : краткое введение в библиологическую психологию / Н. А.  Рубакин. – Москва : Книга, 1977.

Рубакин, Н. А. Россия в цифрах. Страна. Народ. Сословия. Классы : опыт статистической характеристики сословно-классового состава населения русского государства / Н. А. Рубакин. Сто лет спустя / А. Е. Суринов. - Москва : Изд-во РАГС, 2009. - 308, [1] с. : ил. ; 21.

Рубакин, Н. А. Среди книг : справочное пособие для самообразования и для систематизации и комплектования общеобразовательных библиотек, а также книжных магазинов / Н. А.  Рубакин.  -  В 2-х т. - 2-е изд., доп. и перераб. - Москва : Наука, 1911. 
Т. 1. - 424 с.
Т. 2. - 930 с.

Рубакин, Н. А. Среди тайн и чудес / Н. А.  Рубакин.  - 1965. – 240 с.

Литература о Н.А. Рубакине:
Разгон, Л. Последний энциклопедист / Л. Разгон // Пути в незнаемое : сборник. – Москва : Советский писатель, 1964. – С. 472-512.

Рубакин, А. Н.: Лоцман книжного моря / А. Н. Рубакин. – 2-е изд. – Москва. – Молодая гвардия, 1979. – 204 с.

Сорокин, Ю. А. Библиопсихологическая теория Н. А. Рубакина и смежные науки : / Ю. А. Сорокин // Книга : исследования и материалы. – сборник 17. - Москва : Книга, 1968. – С. 55 – 68.

Сорокин, Ю. А. Почему живут и умирают книги? Библиопсихологические и
этнокультурологические сюжеты / Ю. А. Сорокин. – Москва : Педагогика, 1991. – 159 с.
***
Бородина, В. АБиблиопсихология Н. А. Рубакина : некоторые уроки современному читателеведению / В. А. Бородина // Современный читатель и библиотека: выбор коммуникативных практик : сборник статей [по итогам Всерос. конф., 15–16 ноября 2012 г. / сост.:В. В. Ялышева, А. С. Степанова ]. – Санкт-Петербург : Рос. нац. б-ка, 2013. – С. 88–95.

Евтюхина, Е. А. Библиопсихологический метод Н. А. Рубакина в исследовании связи : психика человека – текст документа / Е. А. Евтюхина // Библиотековедение. – 2006. – № 4. –С. 69–72.

Евтюхина, Е. А.Творчество Николая Александровича Рубакина и перспективы библиопсихологии / Е. А. Евтюхина // Библиотековедение. – 2003. – № 3. – С. 80–84.

Кольцова, В. А. Н. А. Рубакин – выдающийся русский просветитель, создатель
библиопсихологии / В. А. Кольцова // Психологический журнал. – 2000. – Т. 21, № 3. – С. 76–80.

Мелентьева, Ю. П. Теория библиопсихологии Н. А. Рубакина как отражение взглядов российских и немецких ученых / Ю. П. Мелентьева // Библиография. – 2008. – № 2. – С. 76 –78.

Тихомирова, И. И. Книга – возбудитель переживаний : концепция Н. А. Рубакина (1862–1946) / И. И. Тихомирова // Библиотечное дело. – 2008. – № 13. – С. 19–23.

Составитель:
Власенко Ольга Алексеевна, заведующая сектором статистики и мониторинга
отдела координации деятельности библиотек области

ГБУК «Псковская областная универсальная научная библиотека».

Комментариев нет:

Отправить комментарий

КНИЖНАЯ ПОЛКА: НАШИ ИЗДАНИЯ 2011-2017

Поиск по этому блогу